Консультация +79250362627 (Viber, WhatsApp)

Дистанционная психотерапия: Письма, написанные одной бедой (14)

Я – жена алкоголика. И этим сказано все. Наш семейный стаж невелик, в сентябре будет всего год нашей совместной жизни. И у меня, и у мужа это повторный брак. Он моложе меня на 5 лет. Я рано вышла замуж в первый раз, быстро разошлась (первый муж не пил и не курил) и шестнадцать лет одна воспитывала дочь.алкоголизм женскийВсе, что имею в жизни, заработала своим трудом, упорством. Хоть я – дочь алкоголика (правда, отец спился совсем, когда я уже была взрослым человеком), никогда не испытывала тяги к спиртному.

Мой нынешний муж – сын алкоголика или пьяницы (его отца уже 12 лет нет в живых), женился после армии, развелся он за 4 года до нашей встречи. Его первая жена была не прочь выпить, погулять в компании. Александр, по словам его родных, пил меньше жены. Да и работал он тогда водителем, это тоже заставляло держаться в норме. Но в семье начались нелады, пошли раздоры, ругань. Александр по натуре своей ревнивый человек, вот у них и пошло все наперекосяк.

Со всей этой историей он стал больше пить, несколько раз подряд жена сдавала его в вытрезвитель. И тогда Саша, чтобы не попасть в ЛТП, добровольно лег в больницу на лечение.

Ну а дальше все покатилось, как снежный ком: раз лечился – значит хронический алкоголик, жена подала на развод, попался пьяный за рулем – отобрали права (а машину он любит до самозабвения). Почти четыре года холостяцкой жизни сделали свое дело: у него привлекательная внешность, он ласков и силен как мужчина, женщины всегда находились. Ну а такие взаимоотношения без бутылки не бывают.

К моменту нашего знакомства Александр был осужден на полтора года к исправительно-трудовым работам с выплатой 20 % заработка. Любой срыв грозил ему тем, что оставшийся срок он будет досиживать уже в зоне. Зарабатывает он сейчас гроши, так как к 20 % добавляются еще и 33 % алиментов.

Вот так мы и сошлись: вполне положительная, обеспеченная женщина и непутевый, пьющий мужчина. Первое время Александр держался, спешил с работы домой, занимался хозяйством. И очень просил, чтобы все у нас было по закону. Обещал, что с пьянкой вес кончено, что он пойдет на все, только бы не потерять меня. И мы расписались.

Но все-таки болезнь его оказалась сильнее. Все чаще и чаше он приходит домой пьяный. Может удрать с работы, а ведь увольнение по статье 33 грозит в его положении тюремным заключением. Что характерно – деньги он всегда приносит домой полностью, пьет на «шабашки», технический спирт, работает он сейчас механиком в гараже. Иногда даже не понимает, почему я ругаюсь или обижаюсь на него, ведь зарплату он не пропивает. Пробовала я и ругаться с ним, пробовала я действовать лаской, уговорами, пробовала не разговаривать. Все эти методы оказывают свое действие, но лишь на короткий срок. Опять начинается покаяние, даются обещания, проходит неделя – и все повторяется. Говорили о кодировании, вроде бы согласился, даже на консультацию в Мурманск съездили, но… Кодироваться он боится, да и не хочет совсем бросить пить. По праздникам и дням рождения ведь можно. А сам удержаться не может.

Самое простое в моем положении – взять развод, но я не хочу бросать Александра. Удивительно, он даже пьяный мне не противен. Но не могу и не хочу смотреть, как он губит себя. А что делать – не знаю. Да и нервы не выдерживают: привыкла я к спокойной жизни в одиночестве. С дочерью у меня не было никаких проблем, сейчас она заканчивает физико-математический лицей при Петербургском университете. Подруги советуют жить как ни в чем ни бывало. Ходи одна в кино, в гости, не вари обеды и не обстирывай своего «алкоголика». Все равно он не оценит твоей верности. Но я так жить не умею. Раз есть муж – я не могу развлекаться одна. А сидеть дома и каждый вечер переживать, какой он сегодня заявится, – тоже ничего хорошего.

Александр твердит одно: «Вот уедем отсюда, и я брошу пить. Здесь друзья, и мне трудно от них уйти». Но и это не поможет, хотя я согласна на край света, лишь бы забыл про бутылку.

Вот такое у меня вышло сумбурное послание. Вы уж извините меня, я согласна на все – только бы вытянуть своего любимого из этого болота.

Комментарий.

Вы действительно много страдаете. Но давайте посмотрим на законы течения алкоголизма. Важнейший закон: он пьет не для чего-то, а вопреки. Вопреки тому, что алкоголь уже разрушил первую семью, разлучил с детьми, лишил любимой профессии. Он пьет несмотря на то, что алкоголь его уже поставил перед входом в тюрьму. Он пьет технический спирт, несмотря на то, что от него люди слепнут и просто умирают.

Рядом с «мокрым» алкоголиком надо искать «сухого» алкоголика. Сухой – это тот, кто страдает зависимостью не от алкоголя, а от человека. В данном случае это вы – страдающая созависимостью. В вашем изложении пьянства мужа есть нечто такое, что позволяет думать – вы его строго судите и оправдываете. Как-то гак получается, что его первая жена, возможно, способствовала пьянству, ведь сама пила больше, чем он. Затем другие женщины находились. Права потерял просто потому, что один раз попался. Очень мило вы объясняете финансовую сторону пьянства. Пьет на «шабашки». Не на зарплату, а то, что зарплаты кот наплакал и что «шабашки» – это дополнительный заработок, на который он мог бы содержать семью, у вас как-то не звучит.

Наталья, не заблуждайтесь относительно жизненных обстоятельств, якобы способствовавших его пьянству. Это алкоголизм ведет его по жизни. Жизнь как будто стучится в его сознание, чтобы он понял, что болен, что из-за этого так много трудностей. Не жена его «сдавала в вытрезвитель», а алкоголизм его «сдавал», не жестокие судьи осудили его, не милиционеры отобрали права, не судьба-злодейка оставляет его без копейки денег, это все делает алкоголь. А он пошел лечиться не для того, чтобы лечиться, а для того, чтобы избежать нежелательного принудительного лечения в ЛТП. И вы сочувствуете теперь ему, что он страдает от поставленного диагноза «хронический алкоголизм». А как еще называется его болезнь? Назовите ее зависимостью от алкоголя, назовите ее алкогольной болезнью, но не думайте, что можно уехать на край света и там она куда-то денется. Не денется до тех пор, пока судьба не достучится до его сознания, и он поймет, что надо что-то делать со своим алкоголизмом, иначе погибнешь. Можно ли справиться с проблемой, если ее страшно даже назвать правильно так, как она должна называться? Не от диагноза он страдает, а от самого алкоголизма. Он использует все формы психологической защиты, чтобы отрицать реальность. Вы тоже отрицаете эту реальность и предпочитаете жить в иллюзиях. Думаете, что он бросит пить, когда вы сделаете что-нибудь этакое самое правильное. Если свой опыт вас не убеждает, то читайте следующее письмо и посмотрите, можно ли достичь желаемого результата контролирующим поведением. Нужно ли упражняться в том поведении, которое не приносило желаемых результатов?

Ваше желание «вытянуть своего любимого из болота» соответствует желанию всех созависимых быть спасательницей. Чем это заканчивается, смотрите треугольник Карпмана. Спасательницы обесценивают умение алкоголиков спасаться самим. Почему вы верите в спои силы и полностью обесцениваете его силы выкарабкаться из болота?

Вы пишете: «Он очень просил, чтобы все у нас было по закону». Теперь вы понимаете, что вы ему нужны как воздух, иначе ему будет не так удобно пить. Он этим «законом» хотел удержать вас, он на себя не надеется.

Я думаю, что у вас будет много хорошего в жизни, поскольку в письме есть замечательные слова: «Все, что имею в жизни, заработала своим трудом, упорством». Вот и замечательно. Гордитесь собой, поддерживайте самоуважение и не отказывайте в уважении мужу, почему вы его назвали «непутевым»? Алкоголизм – болезнь, а не признак «непутевости». Однако алкоголизм – такая болезнь, которая преодолевается упорством больного, но не упорством жены. Не верите, читайте следующее письмо.