Консультация +79250362627 (Viber, WhatsApp)

Корни созависимости: Судьба в наследство

О том, как дисфункциональность семейной системы может передаваться из поколения в поколение, даже если кровнородственные узы отсутствуют, свидетельствует нижеприводимое письмо.

Родители Созависимость«Когда развелись мои родители, мне было двадцать. Прошло четыре года, а рана до сих пор болит. Обрушился мой мир, и нужно строить новый, как-то жить дальше. Все думано-передумано: причины, последствия… Но что это меняет? Дорого далась мне эта мудрость – все знать, все понимать.

Моего отца вырастила бабушка. Она прошла всю войну военврачом в действующих войсках. Была в плену, в концлагере. Как раньше относились к тем, кто был в плену, известно. У нее не было будущего. И вот она усыновила мальчика, круглого сироту. Отец у него пропал под Ельней, мать умерла от подпольного аборта. Долго побирался, затем попал в детдом, где было немногим лучше, чем на улице. Там его бабушка и присмотрела.

Они могли стать крепкой семьей, два израненных человека, но не смогли. Я их хорошо представляю вместе – озлобленный мальчик и женщина, которой война, плен закрыли пути в нормальную жизнь. Характеры у каждого – не дай Бог! Бабушке бы армией командовать, не меньше.

Папа под ее железным руководством вырос умным, талантливым, ироничным, но слабым и нерешительным.

Потом водка подмыла ум, унесла талант, появилось уязвленное самолюбие, мелочность какая-то… И что совсем ужасно – торжество над чужой слабостью. Я столько раз все это наблюдала!

Моя мать – сирота, детдомовка. После детдома жила одна, хлебнула лиха. Замуж выходила, она говорит, чтобы избавиться от одиночества, от сиротской бездомности.

Бабушка этот брак одобрила, я думаю, потому что она привыкла иметь власть над близкими, невестка-сирота ей подходила.

Родился внук, потом мама снова забеременела. Бабушка решила, что это лишнее: нет денег, проблемы с жильем. Она велела маме сделать аборт и, наверное, впервые получила твердый отказ.

Родить мать меня родила, но сказались нервотрепки – семь лет мы обе не вылезали из болезней. А кончилось все тем, что мать целиком ушла в материнство, а отец – в пьянство. Семья держалась только мамиными усилиями. Она так хотела сохранить семью! Прощала, терпела, любила, жалела.

Родители отметили тридцать лет свадьбы – и тут «рвануло». Отец решил уйти. У него все эти годы была женщина – жена его друга. Его друг тяжело заболел, слег с параличом. Он был еще живой, когда отец перебрался в его дом. Я была в шоке: оказывается, и такое в этой жизни возможно!

В последнюю ночь перед тем, как отец окончательно от нас ушел, мы просидели с мамой без сна на одной кровати. Отец пьяно бесновался в соседней комнате. Было очень страшно. Мама плакала и говорила, говорила и плакала.

После развода бабушку отец оставил с нами. Она его вырастила, дала образование, по-своему любила, а ее отбросили, как ненужную тряпку. И все это происходило не в каком-то мексиканском сериале, а в моей собственной семье, в моей жизни.

Три года мать со мной разговаривала практически об одном и том же: об отцовском предательстве, о своей загубленной жизни. Но, похоже, и в этой истории больше всех досталось мне.

Я простить не могу того, что со мной сделали родители. Мать – очень больной человек. Я привыкла в детстве просыпаться от маминых криков и стонов и оказывать ей помощь. Когда мне было четырнадцать лет, она особенно тяжело заболела. Врачи ей сказали, что больше пяти лет она не проживет. Она почти ничего не могла делать руками, даже причесываться. Я решила, что эти пять лет у меня не будет никакой личной жизни, мама будет моей жизнью.

И все у нас с ней получилось. Здоровье ее поправилось. И тут – этот тяжелый развод. И опять она привычно оперлась на мое плечо.

Я думала, что я сильная, но ошиблась. Эта ноша оказалась слишком тяжелой. Мать без разбора вываливала на меня все – боль, обиды, гнев, интимные подробности. Это слишком, слишком!

Обрушился мой мир. Мама всегда говорила, что нужно любить, что любовь созидает, нужно верить, недоверие унижает и убивает любовь. Я считала, что так и есть, как она говорит. И вот выяснилось, что ничего она не построила своей любовью. Как мне с этим жить? Она, наверное, не подумала.

Меня спасла работа. То, что я делала, связано с рисованием. И еще руками надо мастерить. Работа требует внимания и увлеченности. Это меня и вытащило из пропасти.

Я борюсь, теперь уже за себя. Но иногда мне кажется, что у меня нет больше сил. Нет свежести чувств. У меня нет парня – больше трех недель со мной никто не выдерживает, нет близких и подруг. Иногда мне кажется, что я старше моей матери, дальновиднее и холоднее.

Иногда я ее ненавижу за все это, но чаще мне ее жалко. Мы стали чаще ругаться, и я не могу больше бесконечно уступать и утешать. Мне сейчас очень тяжело, такая пустота внутри. Смогу ли я кого-нибудь полюбить? Любить – значит отдавать, а мне сейчас нечего отдать. Могу поделиться болью и обидой, а это добро никому не нужно.

Валентина П., Псковская область.

О чем это письмо? О страдании. Долгом, непрекращающемся, передающемся из поколения в поколение. Страдала бабушка – израненный войной и всей жизнью человек. Страдали отец и мать Валентины – от сиротства, от одиночества. Затем Валя и мать – от долгих болезней. А каково ребенку в детстве просыпаться «от маминых стонов и криков»! Судьбе как будто всего этого было мало – и вот еще одно горе: отец покинул семью.

Если бы мы глубже знали родословную Валентины, то и в более отдаленных поколениях наверняка нашлись бы страдальцы.

Прогноз на будущее: если Валентина не залечит свои душевные раны, то ее дети понесут страдание дальше. Судьбы наследуются. Родительская семья – фундамент судьбы. Вряд ли передача страдания от поколения к поколению происходит генетическим путем. Бабушка Валентины подтверждает подобный вывод. Властная, несчастливая, она заняла свое место в цепи внутрисемейных проблем, не будучи кровной родственницей.

Страдание передается, скорее, по психологическим законам, через внутрисемейную среду. В этом можно усмотреть основание для оптимизма. Гены мы изменить не можем, а среду – можно попробовать.

Когда в родительской семье так много горя, как было в семье Валентины, ребенок инстинктивно ищет способ выжить, принимая на себя различные роли. Роль страдалицы тоже годится для выживания. Как это ни парадоксально, но возможно, что когда девочкой до семи лет Валя «не вылезала из болезней», именно это и помогло ей выжить. В детстве роль страдалицы (частые болезни – вариант этой роли) помогает ребенку получить любовь, внимание взрослых. Для детей из трудных семей, детей, вечно голодных на любовь близких, добиться внимания любой иеной – сверхважная задача. Внимание – это жизнь. Заброшенность – гибель.

Мир и себя в мире ребенок долго-долго узнает через любовь любящего и любимого человека. Без его внимания ребенок – никто. Беда, если он добивается внимания только болезнями, страданием.

Детские привычки, ролевые маски прилипчивы. Они могут стать вашим вторым «я». Оглянитесь вокруг, как много уже зрелых людей пытаются привлечь к себе внимание страданием! Людям-страдальцам сочувствуют. Они, наверное, очень нуждаются в сочувствии.

Давайте посмотрим, какую цену платит человек за эти «выгоды». В зрелом возрасте несбалансированное страдание начинает давать «обратный удар». Так винтовка после выстрела бьет по плечу стрелка. Тот механизм, что помог в детстве, начинает разрушать личность, мешает ее духовному росту.

Страдание может стать потребностью. Человек с такой потребностью как бы притягивает к себе то, из-за чего можно пострадать.

Расскажу притчу

Однажды к индийскому мудрецу пришел юноша. «Учитель, я хочу путешествовать. Но одна часть меня хочет отправиться на запад, а другая на восток. Как мне быть?» – «Все верно, юноша, – отвечает мудрец. – В каждом человеке дерутся две собаки за обладание его сердцем. Обе собаки сильные и голодные. Какая из них одержит победу?» Юноша не знал ответа. Тогда мудрец ему сказал: «Победит та собака, которую ты будешь кормить».

Эта притча может иметь отношение к состоянию Валентины. Не знаю, как вам, Валентина, а другим людям в трудных обстоятельствах помогали следующие действия.

  1. Скрупулезно перечислите и даже запишите все хорошее, что было и есть в вас и вашей жизни.

Я бы сюда отнесла то, что именно благодаря трудностям вы выросли достойным человеком с твердым и закаленным характером. У вас есть достижения – в работе, в умении вести хозяйство, помогать другим. У вас хороший аналитический ум и способности к рисованию, об этом говорит ваше письмо. Вы – надежный и ответственный человек, я бы вас на работу взяла. На вас можно положиться. Вы способны к глубокому переживанию, глубина чувств – это ценное качество. Кто много страдал, тот много постиг.

Продолжите начатое мною перечисление. Теперь поздравьте себя со всем хорошим, что в вас есть, и поблагодарите судьбу или Бога, если он что-то значит для вас.

  1. Перестаньте жить прошлым. Живите по принципу «здесь и сейчас». У вас есть многое, в общем все, чтобы жить здесь и сейчас, не опираясь на страдание, как на костыль.
  2. Повышайте свою самооценку. Повторяйте без устали, пока сами не поверите в абсолютную верность этих слов: «Я во всех смыслах достойный человек».
  3. Простите родителей. Я знаю, что это трудно. Может, у вас это займет месяцы. У многих на это уходят годы. Прощение нужно именно вам, а не им, родителям. Принять родителей такими, какие они есть, это условие вашего счастья. Таким образом можно прекратить передачу страдания от поколения к поколению. Вы будете последней в ряду поколений, кто испытывал столь тяжелые несчастья.

Искренне пожелайте родителям добра и признайте за ними право жить так, как они живут. Сделав это, вы освободите себя от власти прошлого над вами, от душевной боли, связанной с прошлым. Люди, которых мы простили, больше не имеют власти над нами.

  1. Кормите «собаку любви», а не «собаку ненависти». Когда вы освободитесь от обиды, гнева, осуждения, во вместилище, которое занимали эти чувства, хлынут любовь и умиротворение. Свято место пусто не бывает. Вы сами удивитесь тому преображению, которое произойдет с вашей душой. Жизнь может перемениться кардинально.
  2. И последнее. Будете выходить замуж, не делайте это так, как мама, чтобы «избавиться от одиночества, от сиротской бездомности». Такой брак называется реактивным (брак как реакция на страдание). К реактивным замужествам относятся и те, когда люди через брак хотят уйти из трудного родительского дома или выходят замуж назло неверному любимому. Реактивный брак обречен.

Я не знаю, помогла ли я вам запустить механизм внутренней духовной работы над собой. Духовная работа над собой – самый трудный вид человеческой деятельности. Но и самый благотворный. Происходит величайшая мобилизация внутренних ресурсов. Вспомним, что сказал Иисус расслабленному (т.е. парализованному), попросившему помощи: «Встань, возьми постель свою и иди». И парализованный больной встал и пошел.