Консультация +79250362627 (Viber, WhatsApp)

О защитных механизмах

В природу души и иммунную систему человека Богом заложены те механизмы, которые психически и физиологически защищают его от вредного воздействия окружающей среды. Каждый человек взаимодействует с миром, общается с другими людьми, испытывает массу различных воздействий извне. Эти воздействия на человека бывают двух планов: одни — положительные, другие — деструктивные, которые могут повредить личности и поэтому негативно воспринимаются ею.наркоманияПсихика любого человека устроена так, что для нее естественно стремление избавиться от воздействий отрицательного характера. Для того чтобы уберечься от воздействий, воспринимаемых как деструктивные, глубинный разум человека использует своеобразные способы реагирования, получившие название “защит”. Применяя эти методы защиты, человек старается избежать болезненных воздействий. Используя защитные механизмы, здоровый человек стремится к одному — уберечь свою личность, свое “я” от разрушающего (с точки зрения личности) воздействия.

Механизмы защит обрабатывают и преобразовывают реальность в сознании таким образом, что человеку становится позитивно и легко воспринять то, что происходит с ним и вокруг него. Они являются фильтрами восприятия, помогающими адаптироваться в этом мире. Большинство людей даже не подозревает о существующих у них защитных механизмов.

И поэтому, если вначале наркотик у человека психически и физиологически вызывает тревогу, опасность, боязнь попасть в зависимость, то со временем все, что связано с потреблением наркотика, становится нормальным, здравым, именно таковым воспринимается организмом, а все, что мешает употреблению наркотика, осознается несущим разрушение, вредным, всем тем, что приходится преодолевать.

В человеческой психике образуется как бы еще один личностный центр, возникает наряду с “трезвой” личностью еще одна, “пьяная”, личность. Безусловно, предыдущая мысль — лишь модель, с помощью которой будет лучше понять еще одну грань природы зависимости. С этой точки зрения можно объяснить различие в поведении некоторых людей в трезвом состоянии и в состоянии опьянения (алкогольного или наркотического). В таком случае говорят: “Как будто человека подменили”.

Система приоритетов и ценностей у наркомана меняется. Способы его адаптации к внешней среде преобразуются. Отсюда и столь типичны для наркоманов нарушения как нравственных законов и, нередко, элементарных правил приличия, так и законов юридических. И лишь в среде себе подобных они могут адаптироваться и отчасти чувствовать себя в безопасности. Наркоман становится психологически изолированным от мира нормальных, здоровых людей.

При наркомании реализуется уникальный вид отчуждения, не наблюдаемый в других заболеваниях — отчуждение психики от тела. Действительно, если психика жадно стремится ко все новым и новым приемам наркотического вещества, то тело всячески этому противится, тщетно пытаясь перестроиться на здоровый режим жизнедеятельности. Выражением этого служит быстрое развитие явлений абстиненции, т.е. “ломки”, которая связана с переходными процессами существования без наркотического вещества. Других примеров подобного предельного по глубине отчуждения ни в природе, ни в обществе найти невозможно.

Наркомания — заболевание, несомненно, заразное. Люди заражают друга психологически, путем эмоционального приятия особой наркотической информации, что, собственно говоря, ведет, при некритическом к ней отношении, к первой пробе наркотиков. А дальше все развивается описанным выше путем.

С инфекционным началом организм борется до полной победы или до полного истощения защитных сил организма. При наркомании и токсикомании все происходит наоборот: организм и психика действуют порознь. Тело, как уже говорилось выше, сопротивляется до последней возможности, душа, пораженная страстью, этой борьбе препятствует, прочно став на сторону врага. Действие наркотика — это, в конечном итоге, действие силы, противной человеку, его ценностям, смыслам, самой жизни, в конечном итоге это действие демонических сил.

Поведение человека, страдающего пристрастием к наркотическим веществам, направляется отнюдь не интеллектуальной установкой, а желанием, происходящим из глубин эмоциональной памяти человека, в которой запечатлелся первый “приход”, первый опыт. Мысли и сознание безоговорочно подчиняются этой страсти. Именно желание, а не разум определяет поведение человека, конкурируя лишь с другими, гаснущими на контрасте с наркотиком, желаниями. Разум используется лишь в той мере, в которой он обслуживает это страстное желание.

Природные механизмы психической защиты у наркомана ставятся в услужение наркотика и наркомании. Происходит это следующим образом.

Человек, страдающий алкоголизмом или наркоманией, как правило, не может трезво оценить себя, он не может отличить проявления своей личности от проявлений своей болезни. Само ядро его личности поражено болезнью. И тогда получается, что химически зависимый человек становится на позиции защиты не своей здоровой личности, а своей болезни.

Итак, механизмы психологической защиты, устроенные Богом для того, чтобы человек более эффективно сопротивлялся негативному воздействию психотравмирующих факторов, у химически зависимого человека защищают не здоровое ядро личности, а саму страсть, мешают его выздоровлению.

Именно действие этих психологических защит препятствует процессу выздоровления. Например, сознательно наркоман хотел бы остановиться, остаться трезвым. Он действительно хочет остаться трезвым! Но когда возникает желание доставить себе кайф, когда возникают сопутствующие этому желанию обстоятельства, бессознательное действие механизмов психологических защит начинает обеспечивать охрану этого желания, а не здоровой части личности.

В связи с этим очень важна работа по осознанию и обретению навыка распознавания действия психологических защит. У любого химически зависимого человека эти механизмы будут работать по одной простой причине: ядро личности поражено болезнью достаточно сильно, и болезнь, как таковая, будет защищаться от всяких попыток личности избавиться, выздороветь. Соответственно, желание справиться с механизмами защит должно идти от сознательных усилий наркомана, которого небесполезно познакомить с тем, как “работает” его болезнь.

Само осознание того, что я и моя болезнь — не одно и то же — прорыв глухой обороны противника!

Но вернемся к защитам. Стоит упомянуть о самых распространенных из них.

Самой распространенной и всем известной формой психологической защиты является отрицание. Человек просто отрицает наличие у него проблемы алкоголизма или проблемы, связанной с употреблением наркотика. Человек говорит: “У меня с этим нет проблем. У меня все нормально, я здоровый человек, я вполне себя контролирую”.

Отрицание наличия проблемы дает человеку возможность ничего с этим не делать. Проблемы нет, и, соответственно, решать нечего. Как правило, если человек попадает в больницу в состоянии абстиненции, он в некоторых случаях может рассказать, что пил, что принимал, что нюхал. Потом, когда абстиненция заканчивается, человек потихоньку крепнет, попадает в кабинет доктора или на Исповедь и начинает давать другие сведения, совсем не те, о которых упоминал вначале, начинает врать, выкручиваться. Разница между этими рассказами говорит о том, что начинает действовать механизм защиты, механизм отрицания.

Следующий часто наблюдаемый механизм защиты — это рационализация. Механизм этой защиты выражается в том, что химически зависимый человек вроде бы осознает наличие проблемы, соглашается, что проблема есть, но приводит массу доводов, которыми защищается факт его употребления, даже необходимость этого: “Человек не может долго находиться в таком напряжении”, “С такой жизнью…”, “Друзья угостили, обидеть человека — большой грех”, “Надо же иногда как-то расслабиться…” и т.п. Подобные аргументы наркоману кажутся в достаточной мере логически убедительными. При помощи рационализации наркоман создает себе иллюзию, что причина его наркомании заключается не в нем самом, а во внешних обстоятельствах. Это позволяет ему, все свалив на пресловутых ближних и обстоятельства, ничего не менять в своей жизни, в своем внутреннем мире.

Следующий механизм защиты — это интеллектуализация. Очень похож на рационализацию с той разницей, что ссылки, как правило, происходят не на внешние события, а на данные статистики, цитаты из научной литературы, высказывания авторитетных ученых, политиков и артистов, которые “употребляют — и ничего”. Таким образом, наркоман подкрепляет свою защиту авторитетным заявлением каких-то других лиц, тем самым давая себе возможность ничего не менять в своей жизни, подводя под свои действия теоретическую базу.

Следующий механизм защиты — это минимализация. Наркоман приуменьшает серьезность проблемы, которая у него есть, количество употребляемого, время. Использование этого защитного механизма позволяет убедить себя и окружающих, что все не так серьезно, тем самым отодвинуть грань “пора бросать” подальше.

Следующий механизм — отождествление, сравнение. Химически зависимый человек сопоставляет себя с другими людьми с целью сделать это сравнение в свою пользу. Как правило, для сравнения берутся люди, у которых нет проблем с алкоголем или наркотиком, либо такие люди, у которых более сильная выраженность болезни. Соответственно, это также утешает. Сравнение помогает наркоману сделать вывод в свою пользу, позволить разрешить себе, не слишком расстраиваясь по поводу затягивающейся петли зависимости, продолжать употреблять наркотик.

Следующий механизм — это соглашательство. Он очень распространен и наиболее сложен по диагностике. Соглашательство — это своего рода декларация. Человек, попадая на лечение, принимает условия игры. Допустим, положено соглашаться, что “Да, я наркоман, мне надо лечиться”, человек кивает головой для того, чтобы отстали и не мешали.

Очень часто, например, алкоголик-соглашатель с похмелья говорит: “Неси бутылку”. Жена говорит ему: “Лечиться пойдешь?” — “Пойду, только принеси бутылку”. На самом деле, у человека в голове совсем другое: “Говорите, говорите, я значительно лучше знаю, что мне надо”.

Часто это своего рода надувательство можно наблюдать и в наркологических больницах, когда пациент убеждает специалистов в том, что хочет лечиться. На самом деле его мысли совсем другие: “Я это делаю для вас, чтобы отстали”. Это позволяет человеку, перенеся акцент с себя на специалистов, ничего не менять в своей жизни.

Подобное происходит и в том случае, когда любящие православные родители отправляют свое чадо “на деревню к батюшке” или в монастырь, внушая ему, что главное — удержаться и пожить там хотя бы полгода, а там… (далее следуют разные варианты: то ли “батюшка помолится”, то ли “Бог все управит”, то ли “все зависит от количества причащений”).

— Если ты пробудешь в монастыре полгода, я тебе куплю мотоцикл! — пообещала своему сыночку одна любящая мама. Ради мотоцикла он, может быть, и пробудет. Но наркомания сына в этом случае — не его проблема, а проблема мамы. Он соглашается потому, что это ему выгодно.

Следующий — бегство, или уход от осознания и решения проблемы. Для людей химически зависимых это наиболее распространенный способ реагирования на жизненные трудности. Когда человек сталкивается с серьезной ситуацией, он уходит в запой, чтобы избежать ее. Это можно часто наблюдать в стационарах, где дело доходит до физического бегства. Так происходит и тогда, когда человек находится в психотерапевтической группе. К примеру, в ситуации группового общения разговор идет о разных второстепенных проблемах. Но когда поднимаются вопросы, связанные с зависимостью, человек ерзает на стуле, выходит из комнаты, начинает кашлять, громко сморкаться, шутить, “соскакивает с темы”, поскольку он не может долго находиться в ситуации, в которой происходит очень сильное, с его точки зрения, негативное, воздействие на него, поскольку он еще не научился разделять собственную личность и свою болезнь. Он не различает, в каком случае те или иные слова относятся к проблеме зависимости, а в каком — непосредственно к нему. Все слова, сказанные о его проблеме, он воспринимает как личное оскорбление, попытку причинить боль, доставить неприятность.

Нужно отметить, что уход в болезнь — это тоже один из механизмов защиты. Психолог Наталья Негереш рассказывает, что половина пациентов, попадая на занятия в психотерапевтические группах, через некоторое время не появляется. Они начинают “болеть”. Это тоже связано с включившимся действием защитных механизмов.

Итак, перечислены самые основные, часто встречающиеся механизмы защит, которые мешают человеку оставаться трезвым. Все они работают на неосознаваемом уровне, поэтому вскрывать их бывает очень трудно.

Пастырю нужно помнить, что в работе с химически зависимыми людьми механизмы защиты будут проявляться всегда. Важно только вовремя распознать их. Не стоит сразу пресекать их действия по одной простой причине: очень часто защитные механизмы, помимо того, что они защищают от воздействия на зависимости, играют для человека роль буфера. Осознай наркоман всю серьезность своей зависимости от наркотика сразу, психический баланс личности серьезно нарушится. Психологические защиты дают возможность подготовиться к осознанию. Поэтому надо дать человеку позащищаться. Нельзя ставить целью пастырского душепопечения работу с защитой, прежде чем человек не обретет кое-какие навыки самопринятия и борьбы с болезнью.

Очень действенно в работе с защитными механизмами доведение их до абсурда. В работу с защитными механизмами можно внести юмористическую нотку. Это дает человеку возможность посмеяться самому над собой, поможет справиться с собой. Но надо тонко чувствовать ситуацию, чтобы неуместной иронией не ранить человека.

Методы душепопечения наркоманов должным быть гибкими, вариативными. В силу “пластилиновости” психики наркомана, он может легко подстроиться под стиль пастыря, начнет выдавать ожидаемые реакции. Самая большая ошибка, которую допускают те, кто занимается окормлением наркоманов в тех или иных церковных структурах: добиться поведенческих изменений, внешне напоминающих “воцерков­ление”, без затрагивания внутренних глубинных изменений личностного порядка. А над этим надо трудиться годы и пастырю, и окормляемому им наркоману.

Поскольку у многих наркоманов вследствие употребления наркотиков формируются личностные осо­бен­ности, в значительной мере напоминающие характер с истерической акцентуацией, уместно будет вспомнить цитату из книги профессора архимандрита Киприана (Керна), дающего пастырю рекомендацию о том, как грамотно оказать помощь больным с такими личностными особенностями:

“Что может сделать пастырь? Далеко не все, но, во всяком случае, многое. Он может и должен усвоить ряд манер для лиц, подверженных истерии:

1) Меньше всего говорить об его болезни и не обращать внимания на мнение больного;

2) Так как многое зависит от доброй воли самого больного, то пастырь, как и врач, должны добиться желания вылечиться и доверия к ним самим;

3) Избегать каких бы то ни было религиозных излишеств, особых “подвигов”;

4) Твердость и постоянство в духовном руководстве такими людьми, которые, видя, что их ухищрения не помогают у данного духовника, легко меняют своих духовных руководителей;

5) Перемена обстановки (до­машней или школьной) в случае, если таковая вред­н­а для жертвы и мешает пастырю или врачу проводить в жизнь то, что они находят необходимым;

6) Борьба с капризными настроениями и с плаксивостью детей;

7) Особо бдительное отношение к больному, находящемуся в периоде созревания”.