Консультация +79250362627 (Viber, WhatsApp)

Современный мир и наркомания

Современность усложняет жизнь и во многом уродует человеческую личность. Тип благополучного человека или ни о чем не задумывающегося простеца все больше исчезает с лица земли. Необходимо воспитателю, родителям и самому пастырю внимательнее подумать в каждом случае, откуда происходит то или иное внутреннее искривление, те неправильности в развитии, те склонности и те привычки, которыми определяется так много в жизни каждого человека.

Наркотики и дети

“Оградить молодое поколение от…” — звучит со страниц православной и патриотической прессы. Почему же, дорогие православно-патриотические взрослые, наши дети “не ограждаются”? Почему они не верят в нашу запретительную педагогику? Потому, что ОНИ НЕ ВЕРЯТ НАМ. Возможно мы, взрослые, по сути своей, не являемся для них теми людьми, с которыми они хотели бы разделить ценности, убеждения, жизненные смыслы. Нередко мы просто не принимаем их, называя их музыку “дрянью”, их интересы “ерундой”, их друзей… вспомните, как вы называете тех друзей вашего сына или дочери, которые, мягко выражаясь, не вызывают у вас приятных чувств?

И поэтому они доверяют другим людям, тем, которые, как им кажется, понимают и принимают их. В том мире, в котором живут эти люди, есть место кайфу. А самый крутой кайф — это наркотики.

— А что вы можете противопоставить кайфу? — спросит нас современный последователь философии удовольствия. — Ваш скучный взрослый мир, в котором надо каждый день ходить на работу, зарабатывать какую-то мелочь и терпеть за это постоянную достачу…

Поддержанию интереса к наркотику и миру, в котором есть место кайфу, способствует TV, видео, пресса. Популярные артисты и политики с легкостью рассказывают о своем наркотическом опыте в молодежных журналах и тиражируемых миллионами газетах, на телевидении, в интернете. Передачи о наркотиках превращаются в увеселительное шоу…

Захватывающие рассказы о наркотическом кайфе сплошь захлестнули наши средства массовой информации, богатые квартиры, подъезды, рынки: “Это что-то… Ну, короче, не попробуешь — не въедешь…”

На телевидении и в молодежной прессе нередки прямо-таки рекламные рассказы о наркобизнесе, в котором главные герои — крутые парни, с головой утопающие в долларах.

Все это вызывает особый всплеск интереса к наркотикам, вернее сказать, к тому необычному опыту, который стоит за их употреблением.

Во многих телепрограммах, посвященных творчеству выдающихся артистов, нередко звучит рассказ о наркотическом опыте, якобы стимулирующем творчество. Благодаря столь щедрой рекламе в PR, среди молодежи даже стало бытовать мнение, что наркотик в умеренных дозах, подобно некоей музе, помогает творческому процессу. В молодежной среде бытует убеждение, что наркотический опыт подобен легкому развлечению: захотел — покурил, укололся, “кайфанул”; захотел — бросил. Доверчивые мальчишки и девчонки, боясь отстать от своих сверстников, друзей, соседей по лестничной клетке, достают первую дозу, перетягивают руку жгутом, зажмуривают глаза, подставляют вену для первого укола, еще не зная, что их ожидает после этого.

Пережитый опыт оставляет глубокий след в самой сердцевине личности молодого человека. Теперь он знает, как решить все без исключения проблемы, в случае чего. Теперь он знает, что такое “настоящее счастье”, “остров сокровищ”, то, чего ищут все и не знают, где найти.

Наркотик и все, что с ним связано, как магнитом притягивает легкостью наживы, какой-то романтической тайной. Лишь немногие представители PR, захлебываясь в потоке лояльной по отношению к наркотикам политики, пытаются донести до читателей, слушателей всю глубину разворачивающейся на наших глазах национальной трагедии. Подобные программы и статьи — капля в разбушевавшемся море романтизации наркотического опыта в средствах массовой информации, кино.

Трудно не поверить в правдоподобность слов популярных артистов. На самом деле, человек, который пережил ужас от ощущения невозможности выхода из наркотической зависимости, не будет с легкостью бросать слова о своем крутом прошлом и настоящем. На фоне современного шоу-безумия особо выделяется исполнитель по имени Дельфин. Его песни, наполненные горечью пережитого наркотического опыта, горечью потери близких людей, утонувших в трясине наркомании, предостерегают желающих “только попробовать”, подсказывают пути выхода запутавшимся в сетях наркопаутины. Но говорит-то он с ними на их “жутком”, с точки зрения некоторых благочестивых людей, но им понятном рэп-языке. Возможно, поэтому ему верят, а нам с вами — нет.

Строками из его песен я еще не раз буду иллюстрировать различные грани рассматриваемой проблемы. Предвижу возражение благочестивого читателя. Возможно, возражающие — милые люди, на старости лет обретшие покой в размеренном чтении акафистов, кафизм, канонов. Но почему с ними в храме нет их взрослеющих детей?

Если вы действительно перестали их понимать, давайте учиться этому вместе. Давайте прежде всего попытаемся понять их язык, ведь язык во многом определяет внутренний мир человека. Если мы будем говорить с человеком на его языке, объясняться его терминами, значимыми для него символами, ему будет гораздо проще понять и прочувствовать наши слова, а затем обучиться “великому, могучему, правдивому и свободному…” Безусловно, мы не имеем в виду переход на наркотический сленг, мы предлагаем таким образом сделать попытку понять запутанный клубок внутреннего мира больных наркоманией наших с вами детей. Сказанное относится к азбучным истинам как христианского душепопечения («Для Иудеев я был как Иудей, чтобы приобрести Иудеев; для подзаконных был как подзаконный, чтобы приобрести подза­конных»), так и к основам психологических знаний.

Первый раз песни Дельфина я прослушал (заставил себя прослушать) по настоянию одного знакомого наркомана, который сказал, что это помогло ему “слезть с иглы”. Не буду дискутировать о музыке. Мое взросление проходило под другие мелодии и ритмы. Но тексты — искренние, живые, они — кровоточащая рана, которую время не залечит…

К.Г. Юнг в свое время замечательно подметил, что любой невроз — это, в конечном итоге, поиск Бога. То же я могу вполне отнести и к песням Дельфина. Крик души мятущейся, запутавшейся в сетях «кайфа», позабывшей о благодарности и благородстве, но живой, ищущей высокого…

Да и сама наркомания, уход в наркотики не есть ли вызов фальшивому миру взрослых с их лицемерной порядочностью, дурацкими условностями фальшивых отношений, фарисейской религиозностью, миру, в котором других людей меряют собственными представлениями о жизни? Не поиск ли это, в конце концов, подлинного потерянного рая? Вероятнее всего, в жизни молодых людей, “севших на иглу”, не было ни одного любящего взрослого, который бы по-честному, так, чтобы поверили, сказал им, где он — рай.

Песни Дельфина органично вплелись в текст моей книги, его боль созвучна моей боли за ребят-наркоманов, которых мне довелось близко узнать. Если бы какой-нибудь православный цензор предложил мне издать книгу без них — я бы ни за что не согласился. В них — субъективная правда жизни, которая неудобопостигаема авторами книг на темы наркомании, написанными на языке благочестивых фраз, инкрустированных очень правильными цитатами из древних книг, правильными словами, имеющими отношение к чему угодно, но только не к практической помощи живым, реальным людям.

Чего стоит только песня “Лошадка” Найка Борзова, так называемого культового певца, поведавшего нам задушевным голосом о таинственном и “новом” мире, который привезла бедная лошадка пони. А что она привезла? Да вам любой подросток напоет: “Я привезла новый мир, я привезла кокаин”. Песня написана довольно лиричным языком. О! Под ноги лошадке бросают розы, ее встречают (заметьте!) и взрослые, и дети… Борзов, правда, обещает, что “все мы в адском пламени сгорим, но пока… кокаин”. И если Борзов оставляет только музыку вместо слова “кокаин” (вероятно, для того, чтобы разбушевавшаяся и разгоряченная юная публика сама выкрикивала это слово), то Татьяна Анциферова, перепевая эту песню, не стесняясь, прямо поет: “Я привезла кокаин”. Нам достоверно не известно, есть ли дети у Анциферовой, сколько их и какого возраста, но сама она уже далеко не юная исполнительница, чтобы слепо подражать моде и бездумно кокетничать с такими страшными песенками перед миллионами мальчиков и девочек. Интересно, поет ли она эту песенку дома, своим деткам или деткам родственников?! А еще интересно, спела ли бы она эту песенку дуэтом с Борзовым, если пригласить их в какую-нибудь клинику, где страдают, корчась от ломок, их вчерашние поклонники?!

Кроме того, “лошадка” в переводе с жаргонного языка означает еще и “метадон”, более легкий, легализованный в некоторых странах наркотик. Вот такая многоуровневая игра смыслов…

Страшная, скажем прямо, песенка. А сколько их, таких песенок, под которые “отрываются” на вечеринках наши детки?!